От эриксоновских корней к постмодернистскому будущему. Часть 1

В рамках более крупного проекта, в котором исследуется двадцатилетний период, прошедший с момента проведения первой конференции «Терапевтические беседы» (Therapeutic Conversations) в городе Тулса, штат Оклахома, мы обсуждаем развитие постмодернистской терапии, эволюцию терапевтической работы и будущее этой области. Участники дискуссии рассказывают, как они пришли к практике ориентированной на решение (ОРКТ) и нарративной терапии и что каждый из них нашел убедительного об этих подходах; обсуждается постмодернистский поворот, который отражен в обоих подходах; приводятся размышления о сходствах и различиях между нарративным и ориентированным на решение подходами.

В июне 1991 года в Тулсе, штат Оклахома, состоялась первая конференция «Терапевтические беседы». Это был переломный момент в развитии постмодернистской терапии. Терапия отходила от экспертного позиционирования, инструкций из-за зеркала и стратегических вмешательств, к сотрудничеству, сглаживанию иерархии и «терапии как беседе». Конференция собрала вместе восемь ведущих специалистов в этой области: Стив де Шейзер, Дэвид Эпстон, Стивен Гиллиген, Билл О’Хэнлон, Карл Томм, Джон Уикленд, Мишель Винер-Дэвис и Майкл Уайт.

Встречу на конференции  нельзя рассматривать как «возникновение» постмодернистского подхода в терапии; несколько направлений (например, Andersen, 1987; Lipchik & de Shazer, 1986; O’Hanlon & Weiner-Davis, 1989; Penn, 1982, 1985; Tomm, 1987a, 1987b, 1988) уже были достаточно разработаны. Однако это был переломный момент — первое собрание такой группы единомышленников и практиков. Материалы конференции (Gilligan & Price, 1993) были вскоре опубликованы. Через двадцать лет после конференции и публикации материалов я (Джефф Чанг) подумал, что настало время поразмышлять о том, что произошло с тех пор. В рамках этого размышления в июне 2010 года мы с Трейси взяли интервью у Джин Комбс, Ивонны Долан, Джилл Фридман и Терри Треппера в городе Эванстоун, штат Иллинойс.

Для нас было большой честью провести этот день в беседе с  четырьмя новаторами, каждый из которых имеет более 25 лет клинического опыта, опыта преподавания и публикаций. Джилл, Джин и Ивонна начинали с работы в эриксоновской традиции. Первая книга Джил и Джин (Combs & Freedman, 1996) описывает их работу в этом подходе. Первая книга Ивонны (Долан, 1985) посвящена эриксоновским методам, помогающим «хроническим» пациентам.

Позже она объединила свой эриксоновский подход с терапией, ориентированной на решение (SFT; Dolan, 1991). Терри является соавтором новаторской книги о подходах в семейной терапии, рассматривающей помощь семьям, в которых произошел инцест (Trepper & Barrett, 1989). Джилл, Джин и я выступали на конференции, на которой Ивонна присутствовала как участник.

Стать ориентированным на решение

Терри: Я изучал радикальный бихевиоризм в Университете штата Орегон… Но в 80-х годах, как и на многих психологов, на меня сильно повлияла семейная терапия и системное мышление… Затем я применил эти методы в работе с семьями, в которых были случаи инцеста. Я познакомился с Мэри Джо [Барретт; Треппер и Барретт, 1989]. Мэри Джо показала мне книгу Ивонны [Долан, 1991], я прочитал первую главу и сказал: «Здесь описано то, что я действительно чувствую». Думаю, именно поэтому я и хотел увидеть Инсу [Ким Берг].

Джин: Что было в этой книге, почему она так повлияла на тебя? Чего ты искал?

Терри: Раньше я не чувствовал, что могу сказать то, что я действительно хотел сказать, а именно, что у семей, в которых произошел инцест, может быть надежда, и к ним стоит относиться положительно, с уважением, с любовью. Нам нужно было много тренироваться, чтобы быть политкорректными в то время. Я думаю, что [социальный контекст] требовал, чтобы [специалисты] были немного жесткими, возможно, карательными… Наш подход был «самым мягким», потому что мы работали со всей семьей, и у семьи была надежда на то, что она действительно сможет воссоединиться и остаться вместе…

Джин: Вместе с членом семьи, совершившим инцест?

Терри: Да, вместе с членом семьи, совершившим инцест. Это было возмутительно спорным.

Ивонна: Один фрагмент из твоей книги [Trepper & Barrett, 1989] был очень важным для меня: «Хотя мы учим [семьи, где произошел инцест] практике ненасильственных отношений, они в то же время учат нас, что эти семьи, нуждающиеся в помощи, могут в то же время быть сильными; иногда они могут сталкиваться с трудностями, но при этом они могут быть стойкими; могут испытывать страх, но все еще быть достаточно смелыми». Такой способ мышления придал мне большей уверенности в практике использования как нарративной, так и ориентированной на решение терапии. Я чувствую, что в этих подходах присутствует не только осознание этого, но они также стремятся работать в  сотрудничестве с клиентом.

Джефф: Итак, когда ты [Ивонна] начала [работать] со Стивом и Инсу…?

Ивонна: Я думаю, что это было в 1984 году. Я прочитала некоторые их тексты и мой тогдашний партнер, Чарли Джонсон, и я решили, что мы хотим поучиться у них… Мы приехали и стали наблюдать за работой их команды, а затем, примерно часа через два, [Стив] сказал: «Хорошо, ребята, вы в команде». Я очень волновалась. И в то время [BFTC — Центр Краткосрочной Семейной Терапии, Милуоки, Висконсин], это было в ранний период… Работая с ними в команде казалось, что на сессиях они старались убирать свое «Я» из процесса…  После [Стив и Инсу] часто приезжали в Денвер, мы работали совместно … Вот так я и училась подходу.

Джефф: Когда ты писала «Путь сердца» (A Path With A Heart) [Долан, 1985], это было связано с идеями Стива?

Ивонна: Вовсе нет, и поэтому я была очень сильно удивлена, когда Стив сказал, что тогда он понял, что это согласуется с терапией, ориентированной на решение, и что это очень созвучно его идеям о том, как можно работать с людьми, [которых] мы тогда называли хроническими психически больными. Я не думаю, что он сказал бы это к концу своей жизни, когда ОРКТ была намного более развита, но в то время он сказал это… Я была  очень удивлена и рада.

Джефф: Это могло быть просто ошибкой атрибуции… Я снова решил прочитать «Путь сердца», [пытаясь найти сходства с ОРКТ].

Ивонна: О, боже мой, нет, не может быть, чтобы ты сделал это.

Джефф: В конце есть замечательная цитата: «Когда вы чувствуете себя «застрявшими» во время сеанса терапии, первое правило — менять то, что вы делаете!», с восклицательным знаком [Долан, 1985, с. 178].

Терри: Она не будет использовать восклицательный знак теперь (смех).

Джефф: Есть и другие вещи… Есть раздел с вопросами о предположениях: «Как вы заметите, что дела пойдут лучше?» И идеи о сопротивлении, которые [очень соответствуют ОРКТ].

Джин: Для меня все это идет из Пало-Альто [Fisch, Weakland, & Segal, 1982; Watzlawick, Weakland & Fisch, 1974]. Это было место и время рождения очень интересных инсайтов… Очевидно, Стив действительно был под влиянием всех этих идей.

Джилл: Когда я читала «Больше, чем чудеса» (More Than Miracles) [де Шазер и др., 2007], меня удивило, что о [Милтоне] Эриксоне ничего не говорилось…

Ивонна: Я не думаю, что [Стив] хотел сказать, что это не от Эриксона, но… при написании книги он пытался очень четко понять, чем является [ОРКТ]. И я не думаю…, что он думал об [ОРКТ] как о подходе, идущем от идей Эриксона.

Джилл: Да, это то, что я имела в виду, так что мне было интересно.

Терри: [Как сказал Стив], когда я с ним познакомился: «Я наблюдал за работой мастера в течение ряда лет… и уделял много внимания тому, что работало, а что нет», и он [имел в виду] Джона Уикленда — одного из своих лучших друзей и своего наставника. Он также говорил о том, что когда они начали расходиться… он был глубоко под влиянием команды из Пало-Альто.

Ивонна: Я заметила, что на протяжении всей своей работы [Стив и Инсу] двигались по своего рода схеме… Как только мы узнаем то, что они [клиенты] хотят, чтобы произошло, мы пытаемся узнать, происходит ли это уже в какой-то степени. Если нет, мы задаем больше вопросов. И если это опять не работает… Мы делаем что-то другое, и почти всегда делаем что-то другое… Это было стратегией… И это было то, что могло происходить и в Пало-Альто. Я видела это у них обоих на протяжении многих лет.

Джефф: Но это, так сказать, сильно не афишировалось.

Ивонна: Нет, и ты знаешь, есть еще кое-что, что не было широко известно… Когда мы со Стивом работали над книгой «Больше, чем чудеса», у нас было три [стенограммы сессий], и [Стив] смотрел [видео одной из моих сессий], и он сказал: «Я уже и забыл, насколько ты работаешь гипнотически». Идея попросить клиента двигаться к решению в своем собственном темпе…  [Стив подумал], что то, как это было сказано, было почти как гипнотическое приглашение.

От Эриксона к нарративу

Джефф: Итак, когда вы двое познакомились с Майклом [Уайтом]?

Джилл: Я думаю, что это был 1987 год. Верно?

Джин: Я думаю да, верно…

Джилл: Вообще-то, я встретила его еще до того, как Джин познакомился с ним… Итак, я встретила его случайно… Я разговаривала с Дженнифер Эндрюс… И она сказала: «Вы знаете, есть этот парень из Австралии»… И они провели с ним целый день…

Джин: Смотрели как Майкл проводит терапию с семьями.

Джилл: Майкл проводил сеанс с двумя настоящими семьями. Я записала каждое слово, которое он произнес, но ни одного из них я не поняла (смех). Позже мне это стало совершенно ясно, я не поняла, что произошло, но я все записала… Но я вернулась, и была так полона энтузиазма, и это совсем не похоже на меня… Обычно я действительно тратила много времени на изучение чего-то, прежде чем я начинала делать что-то. Но здесь я была так полна энтузиазма, что сказала Джину: «Мы должны работать так же».

Джин:  Я помню, ты говорила… «Это то, что мы искали…»

Джилл: Одна вещь была мне действительно интересна…  [Когда] мы впервые увидели работу Майкла Уайта, мы почувствовали, что она была очень гипнотической.

Джин: Ну, мы были, вы знаете… Мы все учились на Эриксоне…

Ивонн: Абсолютно, вы написали книгу «Символ, Повествование и Церемония» (Symbol, Story и Ceremony)[Combs & Freedman, 1990].

Джилл: И поэтому мы говорили с [Майклом] об этом.

Джин: Итак, мы были убеждены, что он понимает, [что он работал гипнотически]. Мы думали о том, что он не мог не думать о том, что он делал. И что это выглядело как  введение в транс.

Джилл: Да, мы подумали, что у него есть эти встроенные внушения, но он сказал: «Я ничего не знаю о гипнозе».

Джефф: Дэвид [Эпстон] все это знает.

Джилл: Дэвид знает, и он интересовался этим. И потом, позже мы узнали, что в Австралии, по крайней мере, в то время, социальным работникам запрещали использовать гипноз (смех).

Джилл: Итак, мы подумали, ну, может, он действительно использует гипноз, но пока не может этого сказать.

Джефф: Мы [Chang & Phillips, 1993] писали [что мы думали, что некоторые из его вопросов кажутся гипнотическим введением в транс], но он ответил, что это «не вызывает у него отклика» [White, 1993, p. 121].

Джилл: Итак, [на] этой конференции, посвященной Эриксону мы показали эту запись Майкла, и мы показали также запись Милтона Эриксона, и [предположили, что то, что делал Майкл, было похоже на то, что делал Эриксон]. Если бы он узнал про это, то это было бы концом наших отношений… [В то время] мы не могли понять, что это не имело никакого отношения к тому, как он работал.

Джин: Когда мы узнали Майкла получше, и когда я познакомился поближе с подходом, я понял, он много взял от клиентов, с которыми работал. Я думаю, у него было нечто общее с Эриксоном. Это то, что он очень заботился о словах и о значении слов, и [как] любое слово из данного словаря подразумевало [целое] мировоззрение… целую философию, целый набор ценностей… Так что вещи, которые выглядели для нас эриксоновскими, на самом деле ими не были. Когда мы впервые встретились с ним, у него было очень много от [Грегори Бейтсона [Уайт, 1986]. Он только начал читать труды по постмодернистской социальной психологии. Он читал Гирца [1973], Эдварда [Брунера] и Виктора Тернера [1986]… [Мы] пытались приписать это Эриксону [и] совершенно другой теоретической структуре, что привело бы к неправильному пониманию того, чем он страстно занимался.

Джилл: Я тоже думаю, что он не читал Эриксона… Он, скорее всего, подумал бы, что [эриксоновская терапия] была более директивной то, что он когда-либо [намеревался] делать. Когда мы говорили, что он делает скрытые внушения и что он действует директивно, мы ошибались, на самом деле этого не было.

Джин: И он не был хитрым.

Джилл: … не был хитрым, и он очень не хотел быть директивным. Так как это действительно не подходило ему. Но это было забавно, потому что мы думали о том, что он использует сложные внушения, а он про это ничего не знал.

Джин: Когда он что-то изучал, он пытался понять мышление конкретного ученого, он пытался узнать, как все это работает вместе как система, окинуть общим взглядом идею,  дискурс. И он думал, что это действительно имеет значение, с точки зрения восприятия… С точки зрения опыта, как он бы сказал. Это меняет ваш мгновенный опыт, какие слова вы используете, как концепции [организуют] ваши последующие действия. Он был очень разборчив в этом. Я многое узнал о точном мышлении…

Ивонна: Почти как языковые игры, вы знаете эту идею Витгенштейна [Wittgenstein, 1953]. Стив, также занимался этим. С точки зрения языковых игр очень важно, что мы подразумеваем, задавая вопрос, как мы формулируем вопрос, какой вопрос мы задаем и, возможно, даже от каких вопросов мы воздерживаемся.

 Возвращаясь домой … или куда-то, где лучше

Джин: Итак… Джилл вернулась после встречи с Майклом и сказала: «Это то, что мы искали. Это оно».

Джефф: «То, что мы искали». Это то, что вы сказали?

Джилл: Да, да, да. Поэтому я научила Джина всему, что знала. Мы провели один сеанс терапии с семьей. Семья вернулась, и я сказала, что не знаю, что надо делать на втором сеансе (смех).

Ивонна: И что ты сделала?

Джилл: Мы вернулись к тому, что мы делали раньше, а затем…

Джин: Это было некое смешение стратегического подхода [Fisch et al., 1982] и миланской школы [Palazzoli, Cecchin, Prata & Boscolo, 1979].

Джилл: Четыре месяца спустя, после того как Джин встретила Майкла… Я рассказал ему [о нашей одной сессии]. Он был очень терпеливым. Он сказал: «Хорошо, так, скажи мне, что они говорили. Хорошо, вы можете сделать это, и это, и это…» Но на самом деле мы понятия не имели, что делать на второй сессии.

Терри: Этот опыт, та фраза, которую ты сказал: «Это то, что я искал». (Поворачиваясь к Ивонне) У тебя было такое с ОРКТ? Когда я прочитал твою книгу, то сразу бросился к Инсу…. Я сказал то же самое: «Вот и все. Это то, что мне подходит. Это то, что я сам пытался сформулировать».

Джин: Я не знаю, подходит ли это тебе или нет, Терри. Во фразе «Это оно» главное для меня, да и для Джилл, я думаю, было не в конкретных техниках и не в конкретных вопросах. Так ведь? Это было связано с тем типом отношений, которые возникали на сессиях. С тем, что происходило между Майклом и людьми, с которыми он работал… [Этот подход  был очень уважительный,  включенный и целеориентированный, в отличие от] той дистанции в миланской школе, которая вызывала у нас беспокойство. Там было много эмоционального. Это было то, что сделало подход действительно привлекательным.

Джилл: Да, именно это было привлекательным.

Джин: Это то, что заставило меня захотеть узнать, как это можно делать самому, и все, что с этим связано, и как это применять на практике?

Ивонна: Чувствовалось ли, что ты возвращаешься домой?

Терри: Да, для меня это было именно так.

Джин: Дом — странная концепция (смех). Мне казалось, что я на пути сердца (смех). Мне казалось, что я двигаюсь к чему-то, что было лучше, чем любой дом, который я когда-либо знал.

От предписаний, через косвенное внушение к терапевтической беседе

Джин: Мы [Джилл и Джин] встретились, когда мы были эриксоновскими терапевтами. Я заинтересовался эриксоновским методом, потому, что учился на врача… Это был очень экспертный, иерархический, предписывающий способ работы, и мне это не нравилось… Поэтому, когда я наткнулся на Эриксона, читая Джея Хейли [1973], это было похоже на то, как человек внезапно прозревает. Там были такие методы косвенного внушения. Но потом, после того, как мы с Джилл встретились, мы оба заинтересовались… через чтение материалов команды из Пало-Альто… семейной терапией.

Джилл: На самом деле, я думаю, что Чарли [Джонсон] сильно повлиял на наш интерес к семейной терапией. Он говорил об «эриксоновской семейной терапии».

Джин: Ну, мы интересовались и другими вещами. Я читал Бейтсона, и это изменило мою космологию. В самом деле. Я прочитал книгу «Шаги в направлении экологии разума» [Бейтсон, 1972] от корки до корки. Я действительно пытался научить себя мыслить связно, как будто все связано со всем остальным… Итак, мы встретились в то время, когда мы хорошо знали эриксоновские методы.

Ивонна: Ну, и вы написали книгу [Combs & Freedman, 1990].

Джин: …мы чувствовали, что уже много знаем… Но мы не были так хороши в семейной терапии. Итак, мы пошли учиться к миланцам [Cecchin, 1987, 1992; Палаццоли и др., 1979].

Джилл: И так получилось, что ты был одним из редакторов одной из этих огромных книг по эриксоновской конференции, и там была статья, которую вы должны были отредактировать, о том, как работает миланская команда, и ты мог посмотреть на то, что они делали…

Джин: Да, недирективные внушения.

Джилл: … Циркулярное интервью и недирективные внушения [например, Ferrier, 1986; Мэтьюз, 1984]. Итак, такой была связь между недирективным внушением, миланской командой, семейной терапией и Эриксоном, поэтому мы отправились в Милан.

Джин: Да, мы поехали туда и начали изучать миланскую терапию, и мы упорно трудились, чтобы понять что это, и мы думали, что мы все делали очень хорошо. Но, я думаю, мы были худшими терапевтами (смех)…

Ивонна: Нет, это невозможно.

Джилл: Нет, я думаю, что дело в культурном контексте.

Джин: Многие люди, которые пытались перевезти миланскую школу в [Северную Америку], в итоге сказали, что существует слишком большая культурная разница… Это не подходит, как-то не работает в Америке… Мы чувствовали себя оторванными от людей.

Джилл: Ты знаешь, в Италии… если ты говоришь, что живешь один, они говорят (заботливым голосом): «Что случилось?» (смех)…

Джин: Если они увидят, что ты сидишь на пляже один, они придут и сядут рядом с тобой просто потому, что это неправильно, что кто-то сидит на пляже один.

Джилл: Я думаю, что многие из того, что делали миланцы, помогло людям стать немного самодостаточными.

Джин: Создать дистанцию (смех).

Джилл: Но, я думаю, это не совсем то, что нам было нужно в Америке.

Я сказал, что книга Symbol, Story и Ceremony (Combs & Freedman, 1990) была очень полезна для меня, и попросил Джилл и Джина рассказать о роли этой книги в их профессиональном пути и что происходило в этой области в то время.

Джин: Сейчас это пропало из вида. А в то время этим очень интересовались в кругах семейной терапии… Это связано с семейной терапией в целом, с желанием быть менее директивными, и то, как проводились некоторые интервенции, таких как домашнее задание. В этой сфере [мы хотели] быть менее директивными. Поэтому я перестал делать это так как делал раньше. Похоже, что я очень много говорил, что людям нужно делать.

Джефф: Я думаю об этой книге, которая [впечатлила некоторых моих коллег и меня], «Охота на Барракуду» (Fishing For Barracuda) [Bergman, 1985]. [Предписывающие стратегические парадоксальные интервенции и ритуалы] – вот так люди тогда думали… Но [тем из нас], кто работал в агентствах, [Джин и Джилл] выпустили эту книгу, которая называлась Ericksonian [Combs & Freedman, 1990] [и]… следующий год, в Талсе. И это… выглядело неожиданно для людей, которые не понимали контекст и вашу эволюцию.

Джин: Но, как Джилл говорила немного раньше, мы не до конца понимали, что мы делали в то время. В Талсе… мы все еще думали об этом как о косвенных внушениях…, хотя уже использовали нарративные вопросы. И вы знаете, в тот момент все эти техники с вопросами носились в воздухе.

Джефф: Из-за статьей Карла [Tomm, 1987a, 1987b, 1988].

Джин: Да, они были невероятно популярны.

Джилл: Вау. Это было потрясающе.

Джефф: Статья Евы и Стива о целенаправленном интервьюировании [Lipchik & de Shazer, 1986] и [другие (Fleuridas, Nelson, & Rosenthal, 1986; Penn, 1982, 1985)].

Джин: … и материал о циркулярном интервью миланской команды [Cecchin, 1987, 1992; Palazolli et al., 1979], и это представление о вопросах как интервенциях, а не как сборе информации. [Это] был огромным сдвигом для всех… [Мы уже не могли] думать о недирективных  внушениях в вопросах.

Ивонна: Недирективное внушение подразумевает, что терапевт знает то, чего не знает клиент… в отличие от совместного конструирования, [где] они знают разные вещи, но не предпочитают одну позицию другой. Это правильно?

Джин: Да, да. И это похоже на то, что терапевт идет впереди, а не «следует на шаг позади клиента» [Cantwell & Holmes, 1994].

Джилл: Что интересно, эта фраза часто встречается в твоей книге [Pichot & Dolan, 2003], а также в письмах Майкла и Дэвида.

Джин: Для меня, по крайней мере, ребята из Хьюстона [Anderson & Goolishian, 1992] также присутствовали во всем этом движении, которое происходило в начале — середине 80-х, и они оказали на меня большое влияние. Просто в этой общей идее — «позиции незнания»… можно, быть самым радикальным с точки зрения простоты теории или совсем отказываться от теоретизирования.

Джефф: Это не инструментально.

Джин: Это настоящая анти-инструментальная позиция, которая была невероятно влиятельной.

Терри: Ну да, в этом было так много свободы.

Сходства и различия

Джилл: Я думаю об одной вещи про конференцию, там были люди из MRI, были терапевты, ориентированные на решение, были люди, рассказывающие истории… Были и эриксоновцы. [Я] чувствовала, что это было единое сообщество… Это то, чего я не чувствуется сейчас. Теперь все это намного более разрозненно.

Терри: Правда? Это интересно.

Ивонна: Я согласна…  Абсолютно.

Джилл: Было чувство, что объединились люди очень разной принадлежности.

Ивонн: Точно, это хорошее описание.

Джилл: Я бы сказала, что все мы вышли из действительно очень близких идей и мировоззрения, но в нашей практике, некоторые стали более обособленными, и [нарративный] подход стал просто одним из них. Я помню однажды … Кто-то смотрел [видео] Харлин [Андерсон] и сказал: «Вы знаете, это действительно мне больше подходит…» Мы просто выбрали свою нишу… в некотором роде. И я думаю, что это будет становиться все более разрозненным.

Терри: Среди постмодернистов, о которых вы говорите?

Джилл: Да, да. Среди постмодернистов.

Терри: Но мне интересно, это культурно-обусловленная вещь? [Мы] живем в действительно очень специфическое время, когда люди [говорят]: «Это то, чем я являюсь, а вы нет, и я не буду вас слушать…» Интересно, это как-то отражает нашу культуру?…

Джефф: Я думаю, что первая конференция отражала то, как многие люди… работали. Терапевты заимствовали [из различных подходов, используя] определенный тип технической эклектики с общими постмодернистскими идеями и терапией как беседы, это было общей основой. Я думаю, что было и есть много людей, которые работали таким образом. На общих встречах, таких как конференции, это редко представляется таким образом. Причиной является то, что участники семинаров хотят научиться работать в конкретном подходе…

Джин: Я думаю о более широком американском контексте и, возможно, западном контексте, может быть, о мировом контексте, я не знаю, вся эта дуалистичность,  черное / белое, хорошее / плохое, знание о том, как надо смотреть на те или иные вещи  с интересом, как в соревновании, где есть победитель и проигравший…

Терри: Думаю, ты прав.

Джин: Я думаю, что все эти подходы, о которых мы говорим, являются своего рода попыткой войти в другую парадигму. Учитывать особенности, ценить разнообразие, не патологизировать проблемы, отказаться от склонности все видеть в негативном свете, без того, что бы что-то было позитивным. Но я думаю, что это действительно трудно сделать в нашей культуре… Я думаю, что тот факт, что мы сидим здесь и разговариваем об этом показывает, что… очень много людей не были вовлечены в это…

Ивонна: У меня есть еще одно объяснение… Одно другому не противоречит. Я думаю, что одним из способов развития моделей является то, что они самоочищаются, противопоставляя себя другим моделям: Чем мы отличаемся? В чем наши сходства? И это на самом деле просто естественный путь для их развития. Я думаю, что это  было неизбежно.

Терри: И естественно.

Джилл: Хорошо, хорошо… Но эти события могли произойти, и могло бы быть больше определений, если бы все подходы не стали такими разрозненным…. Помимо книги «Терапевтические беседы» (Gilligan & Price, 1993), которая стала результатом работы первой конференции, были и другие книги, опубликованные в 1990-х годах. (Например, Eron & Lund, 1996; Friedman, 1995; Hoyt, 1994, 1996, 1998) попытались привлечь читателей, которые были заинтересованы в пересечении границ обсуждаемых нами подходов к терапии.

Ивонна: Есть часть меня, которая думает, что размежевание было очень полезным делом, потому что оно позволяло каждому из этих подходов продолжать развиваться, развиваться и развиваться. Я не знаю, могли ли бы они все развиваться совместно.

Отношение к социальной справедливости

Джин: Я действительно думаю, ты говорила об этом, Ивонна — я думаю, что они, и Майкл, и Стив, оказались в таком положении, где… чтобы быть верными своей этике и главному организационному принципу своего подхода к терапии, они должны были сказать определенные вещи, которые были диаметрально противоположны, потому что у них была разная этика.

Джилл: Я не знаю, была ли у них разная этика….

Ивонна: У них были некоторые различия.

Терри: Разные принципы. Принцип Стива был  — «ничего не навязывай».

Джин: Я не знаю, как Стив сформулировал бы это, но он был уверен, что вся нарративная этика слишком сильно организована вокруг бунтарских подходов к социальной справедливости и имеет риск быть осуждающей и ставить себя в исключительное положение.

Ивонна: Ты знаешь, я никогда не слышала, чтобы он говорил это. Я слышала, как он сказал, что думает, что это соотносится как яблоки и апельсины. И самое забавное, ты знаешь, как человек, он был абсолютно левым. Я видела, как он выгребал все монеты из своего кармана и отдавал их уличному бродяге. Он был абсолютно предвзятым [в пользу] меньшинств любого рода….. Тем не менее, он чувствовал, что попытка взглянуть на это с точки зрения терапевтического подхода для него помешала бы ему понять, что он называл внешними признаками, — способ, которым клиент [и терапевт] определяют… что есть лучше или хуже….

Но он не мог совмещать эти два взгляда одновременно. Как человек, он чувствовал, что [он должен действовать, чтобы исправить] несправедливость. Однако он не нашел способа, чтобы включить это в свой терапевтический подход. Но я думаю, что он был бы очень разочарован в ком-то как в человеке, если бы увидел несправедливость. Нельзя играть две эти роли в этом подходе. Он не знал, как делать одновременно то и другое, поэтому ему пришлось бы выйти из одной роли и перейти в другую… Но я чувствую, что [Джилл и Джин] могут делать и то и другое.

Джефф: Значит, ты говоришь, что он думал об этом и пришел к выводу, что будет трудно, если не невозможно, совместить это в одной роли?

Ивонна: В то же время, даже не в той же роли. , , , Это не означало, что вы не должны пытаться делать [это в своей жизни], но просто вы не можете делать это одновременно [в терапии].

Джефф: Я, например, слышал, как он сказал на семинаре: «Политике нет места в кабинете терапевта…» Кроме того, когда кто-то спросил его о его позиции в отношении социальной справедливости, [он ответил]… в своей намеренно провокационной манере: «Большинство людей, которые приходят в [Центр краткосрочной семейной терапии], являются черными, и у них, похоже, нет никаких проблем с тем, что мы делаем…» Но многие сказали бы, что это неадекватная концепция власти, социальной справедливости, расы и т.д.

Ивонна: Я понимаю, почему они так говорят (смех).

Терри: Ну, [Стив] сказал бы: «Я сказал все, что должен был сказать о [политике и социальной справедливости]… [Работа по исправлению социальной несправедливости] не согласуется с принципами этого конкретного подхода. Дело не в том, что я не верю в это, я верю в это абсолютно». Я думаю, что он сказал бы [это], потому что он, безусловно, жил [этим] больше, чем многие или большинство из тех, которых я знаю.

Ивонна: Ну, он считал, что это было чем-то, что определяет терапевта как личность… Я помню, как однажды сидела с ним за зеркалом… клиентка только что ушла из дома. Она была в кризисе. Ее партнер избивал ее и угрожал убить ее. И сессия продолжалась, и Стив прервал [терапевта] и сказал: «Вы знаете, мы должны придумать план, чтобы она была в безопасности, когда она уйдет, прежде, чем мы продолжим… Таким образом, он вышел из простого соблюдения правил модели. Но для него это были яблоки и апельсины. Я думаю, что из-за особенностей [ОРКТ], социальная справедливость должна быть отдельным видом деятельности… Но… в ОРКТ нет ничего, что мешало бы кому-то сказать, что это правильно.

Но мы наверное просто не концентрируемся на некоторых моментах, когда это нужно, потому что наш язык не так выразителен… Я думаю, это не противоречит [ОРКТ], если есть согласие сделать [это]; мы просто не всегда можем раскрыть несправедливость… Потому что мы не занимаемся деконструкцией…

Джилл: Ну да… это имеет смысл. Я думаю… деконструкция является способом формулирования проблемы, которая локализует ее в более широком социальном контексте. Поэтому, когда мы говорим, что эта проблема не проблема…, то взгляд на политическую ситуацию [позволяет] сформулировать проблему по другому.

Джин Комбс, Джилл Фридман, Джефф Чанг, Ивона Долан, Терри Треппер, Трейси Митчел

Перевод Гамзина Юрия

Источник: «Представь себе» Четвертый выпуск, июль 2019 г.

 ССЫЛКИ

Andersen, T. (1987). The reflecting team: Dialogue and meta-dialogue in clinical work. Family Process, 26, 415–428.

Anderson, H. & Goolishian, H. (1992). The client is the expert: A not-knowing approach to therapy. In S. McNamee & K. J. Gergen (Eds.), Therapy as social construction (pp. 25–39). Thousand Oaks, CA: Sage.

Bateson, G. (1972). Steps to an ecology of mind: Collected essays in anthropology, psychiatry, evolution, and epistemology. New York: Ballantine.

Bergman, J. S. (1985). Fishing for barracuda: Pragmatics of brief systemic therapy. New York: Norton.

Bruner, E. M., & Turner, V. W. (1986). The anthropology of experience. Chicago: University of Illinois Press.

Cantwell, P., & Holmes, S. (1994). Social construction: A paradigm shift for systemic therapy and training. Australian and New Zealand Journal of Family Therapy, 15(1), 17–26.

Cecchin, G. (1992). Constructing therapeutic possibilities. In S. McNamee & K. J. Gergen (Eds.), Therapy as social construction (pp. 86–95). Thousand Oaks, CA: Sage.

Cecchin, G. (1987). Hypothesizing, circularity, and neutrality revisited: An invitation to curiosity. Family Process, 26(4), 405–413.

Chang, J., & Phillips, M. (1993). Michael White and Steve de Shazer: New directions in family therapy. In S. G. Gilligan & R. Price (Eds.), Therapeutic conversations (pp. 95–111)New York: W. W. Norton.

Combs, G., & Freedman, J. (1990). Symbol, story, and ceremony: Using metaphor in individual and family therapy.New York: W. W. Norton.

de Shazer, S., Dolan, Y., Korman, H., Trepper, T., McCollum, E., & Berg, I. K. (2007). More than miracles: The state of the art of solution-focused brief therapy. New York: Routledge.

Dolan, Y. M. (1985). A path with a heart: Ericksonian utilization with resistant and chronic clients. New York: Bruner/Mazel.

Dolan, Y. M. (1991). Resolving sexual abuse: Solution-focused therapy and Ericksonian hypnosis for adult survivors. New York: Norton.

Eron, J., & Lund, T. (1996). Narrative solutions in brief therapy. New York: Guilford.

Ferrier, M. J. (1986). Circular methods/indirect methods: The interview as an indirect technique. In S. de Shazer & R. Kral (Eds.), Indirect approaches in therapy. Rockville, MD: Aspen.

Fisch, R., Weakland, J. H., & Segal, L. (1982). The tactics of change: Doing therapy briefly. San Francisco: Jossey-Bass.

Fleuridas, C., Nelson, T. S., & Rosenthal, D. M. (1986). The evolution of circular questions: Training family therapists. Journal of Marital and Family Therapy, 12(2), 113–127.

Freedman, J., & Combs, G. (1996). Narrative therapy: The social construction of preferred realities. New York: W. W. Norton.

Friedman, S. (Ed.) (1993). The new language of change: Constructive collaboration in psychotherapy. New York: Guilford.

Geertz, C. (1973). The interpretation of cultures: Selected essays. New York: Basic Books.

Gilligan, S. G., & Price, R. (Eds.) (1993). Therapeutic conversations. New York: Norton.

Haley, J. (1973). Uncommon therapy: The psychiatric techniques of Milton H. Erickson, M.D. New York: Norton.

Hoyt, M. (Ed.). (1994). Constructive therapies. New York: Guilford.

Hoyt, M. (Ed.). (1996). Constructive therapies 2. New York: Guilford.

Hoyt, M. (Ed.). (1998). Handbook of constructive therapies. San Francisco: Jossey-Bass.

Lipchik, E., & de Shazer, S. (1986). The purposeful interview. Journal of Strategic & Systemic Therapies, 5(1–2), 88–99.

Matthews, W. J. (1984). Ericksonian and Milan therapy: An intersection between circular questioning and therapeutic metaphor. Journal of Strategic & Systemic Therapies, 3(4), 16–25.

O’Hanlon, W. H., & Weiner-Davis, M. (1989). In search of solutions: A new direction in psychotherapy. New York: W. W. Norton

Palazzoli, M. S., Cecchin, G., Prata, G., & Boscolo, L. (1979). Paradox and counterparadox. New York: Jason Aronson.

Penn, P. (1982). Circular questioning. Family Process, 21(3), 267–280.

Penn, P. (1985). Feed-forward: Future questions, future maps. Family Process, 24(3), 299–310.

Pichot, T., & Dolan, Y. M. (2003). Solution-focused brief therapy: Its effective use in agency settings. Binghamton, NY: Haworth.

Tomm, K. (1987a). Interventive interviewing: I. Strategizing as a fourth guideline for the therapist. Family Process26(1), 3–13.

Tomm, K (1987b). Interventive interviewing: II. Reflexive questioning as a means to enable self-healing. Family Process, 26(2), 167–183.

Tomm, K. (1988). Interventive interviewing: III. Intending to ask lineal, circular, strategic, or reflexive questions? Family Process, 27(1), 1–15.

Trepper, T., & Barrett, M. J. (1989). Systemic treatment of incest: A therapeutic handbook. New York: Brunner/Mazel.

Watzlawick, P., Weakland, J. H., & Fisch, R. (1974). Change: Principles of problem formation and problem resolution. New York: Norton.

White, M. (1986). Negative explanation, restraint, and double description: A template for family therapy. Family Process, 25(2), 169–183.

White, M. (1993). Commentary: The histories of the present. In S. G. Gilligan & R. Price (Eds.), Therapeutic conversations(pp. 121–135)New York: Norton.

Wittgenstein, L. (1953). Philosophical investigations (G. E. M. Anscombe, Trans.). Oxford: Basil Blackwell.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *